«Скорлупа», тихо прошелестев, сомкнула сервосегменты. Теперь Пира даже выстрел из хэви плазмы не убил бы наверняка. Разве что, с очень близкого расстояния, почти в упор.
Внутри «Рейнджера», напротив, совсем не чувствовалось пустоты. Все кресла, кроме двух, были убраны, зато помимо обязательного пульта дистанционщиков у левого борта техники базы смонтировали еще два. У самого шлюза на металлическом днище отсека лежали неподвижные ховертанки, похожие на притаившихся медуз. Антиграв-установки включатся только непосредственно перед высадкой – элериум приходилось беречь. До сих пор способ его синтеза в земных условиях не был найден.
Пир вспомнил, что раньше, когда танки дистанционщиков только-только придали оперативной группе, Стив МакМаннаман пользовался переносным пультом, похожим на компьютер-ноутбук, только чуть побольше. Меняются времена… Меняются…
Пир уселся в кресло, переступив через зажатую в держателе хэви плазму. Небритым щекам внутри шлема было щекотно и непривычно. Только теперь Пир понял, что последняя его боевая миссия успела отдалиться на целых три месяца.
– Привет, Пир, – крикнул из-за пульта Стив МакМаннаман. – С возвращением!
Они умудрились до сих пор ни разу не столкнутся на базе за минувшие трое суток. Шотландец чувствовал себя за пультом управления, словно бармен за стойкой. Впрочем, он и еще во времена «ноутбука» не жаловался на неудобства ни разу.
– Привет, Стив! Где твоя команда?
Как раз в это момент в «Рейнджер» бегом ворвались Станислав Бржиза и Пребен Сонтдруп.
– Тормозим, танкисты? – с показной грозностью рыкнул на них МакМаннаман. – Вот, я вас!
– Застряли, Стиви, – на ходу отмахнулся Бржиза. – Что, давно сидите?
– С минуту. Давайте, по местам…
Никто из них не выглядел виноватым. Да и не был, строго говоря: отпущенное на погрузку время еще не вышло.
Дистанционщики привычно скользнули каждый за свой пульт. Тотчас «Рейнджер» дрогнул; пол с вытертой подошвами краской едва заметно сотрясла вибрация работающих турбин.
– Поехали! – сказал по трансляции кто-то из пилотов. – Взлетаем, икс-команда!
Ускорение упруго вжало оперативников в кресла. Танкисты, запустив стартовые тесты, дремали перед ожившими пультами.
«Вот, дьявол! – подумал Пир с завистью. – Да они уже, поди, по сотне миссий каждый протянули…»
Если Пир и ошибался, то не слишком.
Когда на овальном экране материализовался подтянутый Марк ван Торенс, Пир спокойно приготовился слушать. Старина Марк, пастырь идущих в битву икс-комовцев…
– Вах! – сказал удивленно Винс Вега и картинно всплеснул руками. – Что стряслось? Сам Марк ван Торенс пожаловали! Или это из-за Лихачева?
– Ты угадал, Винс. Из-за Лихачева. Надо же ему создать привычную обстановку перед миссией?
Пир вопросительно взглянул на экран.
– В чем дело, Марк? Что значит – привычную? Или на малые миссии группы консультируешь уже не ты?
Голландец развел руками:
– Именно так, Пир, не я. Теперь миссии часто накладываются, чужаки стараются проворачивать свои делишки параллельно в разных местах, чтоб икс-команда не успела сразу ко всем. Поэтому я работаю чаще с основной группой, с «Молнией».
Пир понимающе вздохнул, снова чувствуя переменчивость времени.
– Ладно, чего там сегодня посоветуешь? Учти, я долго не был в деле, так что старайся поподробнее.
Марк отвлекся на секунду, коротко перекинувшись парой слов с кем-то на командном, и начал:
– Итак, миссия сто двадцать семь, захват среднего скаута. Место посадки – устье Волги, северный Каспий. Небольшой островок, согласно нашим картам – безымянный. Экипаж скаута – мутоны, засечены четыре стандартные волны. Повторяю – четыре, поэтому будьте внимательны, чужаков может оказаться и больше. Это не стандартная для такой тарелки тройка…
– Постой, – перебил Пир. – Вы что, научились определять расу и численность экипажа на борту вражеских кораблей?
Марк взглянул на Пира с некоторым удивлением.
– А тебе что, не сказали?
– Нет. А должны были?
Голландец пожал плечами:
– Не знаю… Наверное. В общем, не так давно наши научники выудили у чужака-инженера принцип работы вражеских гиперпередатчиков и научились перехватывать и декодировать их импульсы. Теперь мы чаще всего знаем и расу, обслуживающую каждый конкретный корабль, и примерную численность экипажа, и даже цель полета, задание.
– О как, – Пир покачал головой. – И какое же задание у мутонов в устье Волги?
– Разведка. Похоже, они пытаются засечь нашу базу.
– Тогда они сильно ошиблись к востоку, – ухмыльнулся Пир.
– Пусть и дальше ошибаются, – сказал Винс спокойно. – Мне это нравится.
– Пусть, – согласился ван Торенс. – Поскольку дело иметь придется с мутонами, лучше берите хэви плазму.
– А что, – поинтересовался Пир, – кто-нибудь больше боится лазеров?
– Человекозмеи, например, – ответил Марк. – Или сектоподы, если знать куда бить.
– Хм… – Пир задумался. – Отстал я, однако. Надо нагонять.
– Нагонишь. Сначала было труднее, разве нет?
– Да, – отозвался Пир глухо. – Вначале было трудно. И в середине тоже. Пожалуй, труднее всего.
Ван Торенс сразу понял, о чем он и поспешил сменить тему.
– Вряд ли в экипаже будет кто-нибудь кроме солдат. Разве что, навигатор. Поэтому работайте на уничтожение. Шокеры нечего и брать. Да и туповаты мутоны, должен вам сказать… Научники жалуются.
– Туповаты? – переспросил Пир. – Интересно. Помнится, нам рассказывали, что они действуют под непрерывным телепатическим контролем.
– Да, это так, – подтвердил ван Торенс. – Мутоны – хорошие воины, и только. Среди них совершенно нет коммандеров и лидеров – лишь солдаты, даже на базах и больших кораблях-крейсерах. Правда, почти всегда в экипаже мутонских кораблей, начиная с больших скаутов, присутствует навигатор, и реже – инженер. Например, мы ни разу не встречали мутона-медика. Такое впечатление, что их небесные хозяева держат эту расу подальше от секретов генетики и биоинженерии.
– Но солдаты они все-таки лучшие среди чужаков, – заметил Винс. – Это проверено.
«Как оказалось, и недомерки-сектоиды воевать умеют, если захотят, – подумал Пир. – К сожалению. Впрочем, а чего можно было ожидать? Кто знает, сколько миров они уже покорили… Сколько икс-команд уничтожили?»
– В общем, – подытожил ван Торенс, – выносите их и возвращайтесь. Никаких специальных заданий на эту миссию нет. Удачи, Пир! Удачи, Винс! Удачи, дистанция!
Команда по выносу малых тарелок нестройно, но бодро загудела в ответ.
Оставшееся время до высадки, Пир расслаблялся, закрыв глаза, в кресле. Раньше у него получалось спать, но не сегодня. Вспомнилась самая первая миссия, когда погиб Юрген Штейнбах. Тогда первая восьмерка проекта шла в полную неизвестность. Тогда была одержана первая победа в стычке с инопланетянами и пролита первая кровь, неизбежная плата за свободу и самостоятельность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
